Президент ЕЕК Вячеслав Кантор: определение антисемитизма – важнейший инструмент в борьбе с ним

0

Среди международных общественных деятелей сегодня вряд ли найдётся другой эксперт, который был бы больше предан делу борьбы с антисемитизмом, чем президент Европейского еврейского конгресса (ЕЕК) Вячеслав Моше Кантор. Проблема эта настолько важна и для самого Кантора, и для евреев в их повседневной жизни, что дело борьбы с нетерпимостью сам Моше Кантор даже вынес в собственную предвыборную программу, когда впервые выдвигался на пост президента ЕЕК в 2007 году. И тот факт, что Вячеслав Кантор был избран и продолжает переизбираться на этот пост по сей день, говорит об актуальности угрозы.

Одновременно с этим Вячеслав Кантор был и остаётся сторонником прежде всего законодательного решения проблемы, а не силового. Усилению охраны и ужесточению мер безопасности Кантор неизменно выбирает принятие законов, которые не позволяли бы ненависти процветать, либо повышали бы эффективность борьбы с нею. Единое рабочее определение антисемитизма, за принятие которого на уровне всей Европы Моше Кантор боролся на протяжении нескольких лет, относится как раз ко второй категории.

Определить и победить

Само определение антисемитизма было разработано экспертами фонда защиты памяти Холокоста ещё несколько лет назад, однако до реального принятия его в Европе определение должно было протий долгий и тернистый путь. Разумеется, Вячеслав Кантор был в числе тех, кто активно ратовал за это, несмотря на критику о чрезмерной суровости определения. Когда в 2016 году Великобритания стала первой европейской страной, официально принявшей определение и начавшей работу по внедрению его в законодательство и практику предотвращения и расследования антисемитских инцидентов, Вячеслав Моше Кантор от лица всего Европейского еврейского конгресса приветствовал этот шаг, выразив и собственную признательность тому, что усилия ЕЕК по продвижению идеи наконец принесли свои первые плоды.

Сам пример Великобритании Вячеслав Кантор не просто назвал важным и значимым прецедентом, но и обратился к остальным странам Европы с призывом этому примеру следовать. Комментируя данные об уровне антисемитизма за 2015 год в ежегодном докладе Центра Кантора, Вячеслав Моше Кантор отдельно остановился на той важной роли, что может сыграть принятие единого определения антисемитизма – в частности, отметил Кантор, оно позволит и полиции, и судебной системе привести к единообразию само понимание того, что считать антисемитизмом и как его определять в ходе юридической практики.

Чтобы действительно победить что-то, этому чему-то сначала нужно дать определение – простая и логичная аксиома, которую Вячеслав Кантор применил и в проблеме антисемитизма. Однако, как подчёркивал сам Кантор, аксиома эта долгое время не признавалась. Более того, определение того, что считать антисемитизмом, а что – нет, зачастую проговаривали те, кого как раз обвиняли в антисемитизме. Разумеется, отмечал Кантор, они делали это определение удобным, таким, которое оправдывало бы их нарушения. Не говоря уж о том, что сама практика того, что определение притеснению дают не жертвы, а преступники, весьма абсурдна.

2015 год, о котором уже говорилось выше, отметился снижением числа преступлений на почве антисемитизма, однако одновременно с этим запомнился и видоизменением антисемитизма в его проявлениях. Клевета, угрозы, антисемитские оскорбления и нападки, в том числе в СМИ и даже с политических трибун, всё это набирало обороты, и Вячеслав Моше Кантор был в числе тех, кто отметил, что для борьбы с подобными явлениями и необходимо чётко представлять себе, что такое антисемитизм – без «удобных» искажений и подтасовок, оправдывающих нарушителей.

Уже в 2017 году, выступая на Дне памяти жертв Холокоста в январе в Европейском парламенте, Вячеслав Кантор вновь поднял вопрос принятия единого определения антисемитизма на уровне всей Европы – уже имея на руках благоприятный опыт Великобритании. Говоря не только о необходимости, но и об очевидных преимуществах единого определения, Вячеслав Моше Кантор отметил как раз тот факт, что это определение было разработано при активном участии представителей еврейского сообщества – то есть тех, кто оказывался на другом конце антисемитских нарушений и преступлений. Для других видов нетерпимости совсем не типично, чтобы определение им давали преступники, отметил Кантор, и антисемитизм в этом случае вновь негативно отличился – сам этот факт уже можно считать дискриминацией. Принятие же определения способно устранить этот пробел, подчеркнул Вячеслав Кантор.

Что касается заявлений о жесткости определения, то Вячеслав Моше Кантор посчитал их безосновательными. В достаточно ироничном ключе Кантор отметил, что единственные, кому стоит бояться определения и его жёсткости – это антисемиты, а потому не стоит идти на поводу очередных попыток каким-либо образом «подретушировать» понятие антисемитизма, чтобы сделать его удобным. А вот сам факт принятия, отметил Моше Кантор, вполне может послужить ободряющим и необходимым сигналом еврейским общинам по всей Европе – сигналом о том, что официальные власти намерены действительно защищать их права и безопасность и защищать их от притеснений. Сигнал, в котором евреи в те годы отчаянно нуждались, под давлением растущего антисемитизма уже начиная утрачивать веру в то, что их интересы кто-либо защищает.

Против чего бороться

Необходимость принятия определения антисемитизма Кантор не раз объяснял тем, что в юридической и судебной практике уже достаточно примеров того, когда откровенно антисемитские преступления таковыми не рассматривались, что нередко приводило к решениям, которые вызывали и продолжают вызывать недоумение. Не стоит и упоминать о том, что сами такие решения диктуются антисемитизмом – на этот раз институционным, который уже укоренился в самой структуре и её действиях, отмечает Вячеслав Кантор.

В 2014 году, например, Моше Кантор выступил с критикой решения суда немецкого города Вупперталь. Оказавшиеся под судом злоумышленники, совершившие попытку поджога синагоги, хоть и были признаны виновными, однако само их действие суд назвал реакцией на политические шаги Израиля. Отдельную абсурдность подобному решению добавляло то, что само преступление было совершено – явно не без умысла – в канун годовщины Хрустальной ночи, по сути положившей начало Холокосту много лет назад. Особенное же возмущение Вячеслава Кантора вызвало то, какой прецедент создаёт подобное заключение суда – назвать это иначе как карт-бланшем для прочих антисемитов и нельзя, отметил Кантор.

Иными словами, теперь любое преступление против евреев или их объектов и мемориалов можно оправдать заранее своим недовольством действиями государства, которое находится за тысячи миль от места самого преступления, отметил Моше Кантор. И, увы, подобных примеров действительно не мало. Уже в текущем 2021 году после обострения конфликта между Палестиной и Израилем виновными в этом вновь стали евреи в Европе – в одной лишь Германии за несколько дней атакам подверглись несколько синагог. Несколькими годами ранее к аналогичной ситуации привело заявление президента США Дональда Трампа о переносе посольства страны в Иерусалим и признание его столицей Израиля – жертвами вновь стали евреи где угодно, но не в Израиле.

Как поясняет Вячеслав Моше Кантор, всё это является проявлениями антисионизма – когда вина, возложенная на Израиль, автоматически становится виной всех евреев, даже тех, что там не живут и гражданами страны не являются. Сам Кантор убеждён, и он в этом не одинок, что антисионизм нередко используется как оправдание антисемитизма, и нетерпимость к евреям как таковым как раз прикрывают недовольством теми или иными решениями Израиля, а то и вовсе самим фактом его существования. Однако антисемитизмом подобное считается далеко не везде, и это тоже один из пробелов, которые должно устранить принятие единого определения антисемитизма, заявлял Моше Кантор.

Единое определение способно привести к единому знаменателю законодательную практику по антисемитизму не только в Европе, но и, в перспективе, по всему миру, считает Вячеслав Моше Кантор. Таким образом разночтения и нестыковки в разных понятиях этого вида нетерпимости в разных местах будут устранены. Необходимость же этого объясняется самим происходящим с антисемитизмом, тем ростом и распространением, что он демонстрирует из года в год.

В 2018 году на конференции ОБСЕ Вячеслав Моше Кантор и вовсе заявил о том, что уровень угрозы антисемитизма является столь внушительным, что для борьбы с ним нужно объединение и координация усилий на уровне всей Европы. Общее определение антисемитизма стало бы как раз шагом в этом направлении, позволив унифицировать юридические и правоохранительные стороны этой борьбы.

Угрозу Вячеслав Моше Кантор видит далеко не только для евреев, о чём он также заявил гостям конференции. Антисемитизм – это опасность для общества в целом, поскольку нормализует нетерпимость как таковую, а также подрывает стабильность этого самого общества. Евреи же, видя его распространение, всерьёз размышляют о вариантах переезда и даже эмиграции из Европы, отметил Вячеслав Кантор, ведь на их взгляд усилия, предпринимаемые властями, не соответствуют тому уровню опасности, в которой они оказались. А тем временем согласно данным Бюро по демократическим институтам и правам человека, которые в своём докладе привёл Вячеслав Кантор, именно преступления на почве антисемитизма остаются ведущими в общем числе правонарушений, продиктованных нетерпимостью.

Важный шаг

В 2017 году судьбоносный шаг в Европе наконец был сделан – депутаты Европейского парламента проголосовали за единое рабочее определение антисемитизма. В преддверии важного заседания парламента Вячеслав Кантор направил депутатам письмо от лица ЕЕК, которое также подписали представители всех европейских еврейских общин. Этим документом Вячеслав Кантор выразил свою, а также общественную и экспертную убеждённость в том, что на сегодняшний день отсутствие единого определения антисемитизма является одним из главных, если не главным препятствием в деле реальной законодательной борьбы с самим антисемитизмом, а также в деле обеспечения действительной безопасности евреев от притеснений и угроз. Осудил Кантор и попытки придать вопросу политическую окраску, как и попытки в целом снизить градус реальной угрозы и представить антисемитизм несущественной проблемой на фоне прочих видов нетерпимости и дискриминации в Европе.

Когда же решение было принято, Вячеслав Кантор выразил своё признание и приветствовал его не иначе, как историческое. Подтвердил Моше Кантор и то, о чём говорил прежде – что сам факт этого решения уже является важным посланием и свидетельством того, что Европейский Союз не только понимает степень проблемы, но и готов действительно работать над обеспечением безопасности своих граждан.

Впоследствии ещё не раз предпринимались попытки переписать или подправить принятое депутатами определение, и Вячеслав Кантор неизменно критиковал их, отмечая, что это всё те же попытки сделать его удобным для разных групп лиц, чтобы обелить себя в собственных явно антисемитских действиях или заявлениях. Реальной же преградой стала практика – когда определение принимали, однако на деле оно никак не использовалось и не меняло положения дел.

События прошедшего года внесли свои ужесточающие коррективы и в этот вопрос. Пандемия 2020 года не только обнажила реальную проблему роста нетерпимости – всех её видов – во всём мире, но и усилила уже имевшиеся тенденции к проявлению антисемитизма. Европу, в частности, это подвигло официально заявить о собственной приверженности делу борьбы с антисемитизмом, актуализировать уже разработанный и принятый прежде план ЕС по этой борьбе.

Достаточно было в европейских странах и собственных трагедий для того, чтобы пересмотреть подход к борьбе с антисемитизмом. Так например Франция на фоне резкого роста числа преступлений, направленных конкретно против иудеев, в 2019 году приняла рабочее определение антисемитизма и, в числе прочего, приравняв и уже упомянутый антисионизм вариацией антисемитизма. Этот шаг правительства Франции Вячеслав Кантор назвал очень важным, а также высказал надежду, что эта практика будет перенята и другими странами Европы.

Инструкция к определению

Что же касается самого определения и, главное, его использования, то и в этом пути произошли положительные подвижки. Так, в самом начале 2021 года Европейская комиссия пошла на то, чтобы опубликовать реальное практическое руководство по использованию рабочего определения антисемитизма практически во всех сферах, от органов власти до полиции, от сферы образования до бизнеса. Вячеслав Кантор не только горячо одобрил этот шаг, но и назвал его особенно значимым именно сейчас, когда глобальный кризис, связанный с пандемией, на фоне страхов и неуверенности людей в будущем сделал проблему антисемитизма ещё более острой.

Отдельно Моше Кантор подчеркнул важность публикации руководства для государственных органов, поскольку вся их работа построена на чётких ориентирах и инструкциях, и зачастую именно их отсутствие препятствует работникам госведомств в деле внедрения даже самых полезных и актуальных новшеств. Опубликованные инструкции, убеждён Кантор, достаточно конкретны и снабжены достаточной базой из примеров и фактов, чтобы не допускать разночтений и несовпадения трактовок.

Однако самую большую пользу и значимость, подчеркнул Кантор, руководство имеет, конечно, для правоохранительных органов и судебных инстанций, поскольку именно для них вопрос обнаружения, определения, пресечения и наказания антисемитских преступлений стоит особенно остро. И особенно значимо то, что руководство это не ограничилось теорией и разъяснением определения: как отметил Вячеслав Кантор, оно содержит в себе реальные факты и примеры антисемитских инцидентов самого разного калибра со всей Европы и является по сути отражением того печального опыта, что накопили еврейские общины за последние годы, сталкиваясь с нетерпимостью и проявлениями ненависти.

Поделиться

Оставить комментарий